Какие формы интеграции наиболее адекватны для Украины в условиях сегодняшнего кризиса в ЕС и отсутствии необходимых реформ в самой Украине? И насколько обоснованны со стороны Киева заявления о необходимости включить в новое базовое соглашение межу ЕС и Украиной положение  о перспективе членства в Евросоюзе? Об этом  и другом «Главред» поинтересовался у вице-президента Европарламента Януша Онишкевича:    

- Когда Евросоюз только зарождался, шла речь о том, что процессом интеграции должны быть охвачены все без исключения европейские государства. В том числе и те, которые находились по другую сторону «железного занавеса». Уже сама мысль об этом казалась многим в то время неслыханно дерзкой. Но что претендовать на членство в новой политической структуре когда-то будут советские республики - у основателей Евросоюза явно не хватало воображения.

Все эти годы ЕС постоянно расширялся. Первым его серьезным пополнением стало вхождение в структуру таких государств, как Португалия, Исландия и Великобритания. Позже к ним присоединились Испания, Греция, Швеция, Финляндия и Австрия. Все эти страны (за исключением разве Греции и Португалии) находились на довольно высоком уровне развития. А посему не возникало никаких проблем с адаптацией их экономик и даже финансированием самого расширения.                

   Из-за того, что на каждом этапе присоединялось лишь две-три страны или же Евросоюз обладал совсем другими ресурсами?

- И то, и другое. А вот в 2004 году все оказалось иначе. Экономики почти всех десяти новых членов ЕС были значительно слабее и беднее, чем у “старожилов”. Да и между собой они разнились. Например, ближе всех к европейским стандартам находилась Словения, а дальше всех – Польша и Литва. Поэтому сразу же возник вопрос, каким образом поднять уровень жизни населения в странах-новичках. Параллельно с этим процессом шел и другой – углубление интеграции в ЕС. Вот тут и оказалось, что эти два процесса весьма сложно согласовать. Особенно в сфере реализации такого важнейшего принципа, как свободное передвижение граждан.      

Румыния и Болгария еще не вступили в Евросоюз, а им уже установили определенные ограничения в этом плане...  

Два года назад ситуация была почти аналогичной. Понимая, что наплыв дешевой рабочей силы из стран-новичков может дестабилизировать их рынок труда, некоторые государства обезопасили его временными законодательными баръерами. Однако, не настолько сеьезными, чтобы их нельзя было преодолеть. Результат не замедлил сказаться: во Франции и Голландии население не проголосовало за принятие Конституции Евросоюза, а вокруг нее самой разгорелись горячие дискуссии.

Уже после референдума во Франции я видел на стенах домов большие плакаты с призывами голосовать против нее, если только народ не хочет иметь в ЕС… Турцию. Конечно, этот аргумент на 90% был притянут за уши, но на 10% таки соответствовал истине. С января следующего года членами ЕС станут Болгария и Румыния. Уже определено, какое место они займут в Евросоюзе, сколько депутатов делегируют в Европарламент, какую «силу» голоса будет иметь страна и прочие моменты.

Следует ли так понимать, что на их принятии расширение ЕС закончится?

Не думаю. Однако, здесь нужно сказать вот что. Многие откровенно боятся появления Турции в Еаросоюзе. Еще в начале 60-х ей пообещали, что она интегрируется в европейские структуры как равноправный член. Но тогда ЕС еще не было и в помине, речь шла об общем рынке. Теперь же это не столько экономическое, сколько политическое объединение. И чувство обязанности начало бороться с желанием оттянуть выполнение обещания на максимально длительный срок.  

Уже сейчас заметно, что часть европейского содружества устала от этих расширений. А часть – испугана собственной отвагой. Все же вместе о продолжении процесса расширения сейчас говорить не хотят. Но некоторые позитивные сдвиги в этом вопросе есть. Если раньше заходила речь о членстве Украины, то обычно следовал ответ, что вопрос не стоит на порядке дня. Сейчас он имеет продолжение: однако, каждая европейская страна, согласно учредительным документам ЕС, имеет право при соответствии определенным критериям заявить о своем желании вступить в содружество. Это уже демонстрирует перспективу и готовность.  

Но хватит ли их? Буквально на днях Франция заявила, что Украина никогда не будет в Евросоюзе. Да и Германия, претендующая на роль дирижера в европейской политике,  поддержала это заявление, предложив нашей стране партнерство в сфере современных технологий взамен членства в ЕС...

Во-первых, Германия и Франция – еще не весь Евросоюз. В принципе, такое предложение можно было бы рассмотреть, хотя Украина сама располагает большим потенциалом в высоких технологиях. Например, в военной отрасли. И здесь сотрудничество принесло бы обоюдную пользу. Но при этом стоит сделать одну вещь. Когда Польша в 1990 году подписывала условия сотрудничества с ЕС, то настояла на том, чтобы там значилось: страна идет к членству в Евросоюзе. Думаю, Украине аналогично следует поступить и в случае с Германией, хотя налаживать добрые отношения с одной страной за счет другой не считаю порядочным и честным.

Как ни странно, но выходит, что ЕС проводит пророссийскую политику?

Не весь ЕС, а отдельные страны. Кстати, Польша к ним не относится. Могу даже вспомнить газопровод, строительство которого планировалось в обход Украины. Для Польши это был бы неплохой доход на транзите. Но она отказалась, понимая, как это аукнется в Украине. Мне кажется, времена, когда все делалось с оглядкой на Россию, уже миновали. Да и в самой ней ситуация понемногу меняется. Никто в Европе не ожидает, что в Украине будет вестись антироссийская политика. А случись такое, то никто бы не понял и не поддержал. Иное дело – политика партнерства, в которой газовый «краник» не становится главным аргументом в спорной ситуации.

Впрочем, когда Польша еще только собирались входить в ЕС и НАТО, ее отношения с Россией были очень плохими. Собственно, и в северо-атлантический блок вступали потому, чтобы Москву больше не донимали ностальгия и желание реанимировать те отношения, что существовали при коммунистическом режиме. С членством в НАТО все эти вопросы отпали. А отношения с Россией значительно улучшились. Ибо если у нее появляются какие-то претензии, то предъявляет она их не Варшаве, а Брюсселю.

Скажем, когда Польша вступила в Евросоюз, Россия заявила: раз так, то все таможенные договоренности между нами теряют силу и надо их менять. На что получила ответ: зато автоматически вступили в силу те правила, которые оговорены в соглашениях с ЕС. Если Украина и вступит когда-то в Евросоюз, она не должна и не может не иметь хороших отношений с Россией. Вот только поставки газа будут прекращать не ей, а в ее лице всему ЕС.  

Однако ЕС не следует трактовать как Святого Николая, раздающего подарки всем, кто их заслуживает. Это не благотворительная организация, а большой политический проект. Кстати, одним из аргументом против членства Турции стали результаты социологических исследований, проведенных там. На вопрос, чего ожидаете от ЕС, почти 80% респондентов ответили, что рассчитывают исключительно на финансовую помощь.  

Как вам все же видится евроинтеграционное будущее Украины в контексте будущего самого ЕС?

Есть два варианта. Первый из них – цивилизационный. В этом случае речь будет идти о расширении объемов демократии, практике добрососедства, защите прав человека. На основании них и станет определяться членство государства в содружестве. Причем, не только европейских, но и таких как Марокко, Израиль. Но это уже будет не политический, а скорее экономический союз. В такой сценарий легко вписываются и Турция, и Украина.  

Есть и вторая модель, на мой взгляд, более перспективная и динамичная. А именно – продолжение строительства ЕС как политической структуры. Но отнюдь не как сверхдержавы, а чего-то среднего между государством и международной организацией. Тогда Евросоюз мог бы оберегать экономические интересы своих членов, обеспечивать их безопасность и совместно бороться с вызовами, которые несут с собой глобализация и иные негативные процессы ХХI века. Но тогда и содружество предполагается иным: оно будет объединять страны, имеющие чувство общество прошлого, общей истории и интересов. Увы, но тогда в нем не будет места Турции. С экономической точки зрения эта страна уже хорошо интегрировалась в ЕС. А по таким политическим критериям, как демократия и права человека, она еще очень отстает. В Украине, кстати, наблюдается обратный вариант.  

Евросоюз, с Украиной или без, пока находится в выгодной геополитической ситуации, ибо не имеет проблематичных границ и живет в условиях политической стабильности. Вхождение же Турции в ЕС меняет все кардинально. Ведь тогда появятся границы с Сирией, Ираном, Ираком, а значит, и весь колоссальный запутанный клубок ближневосточных проблем.  

Естественно, возникает вопрос: а где должны бы проходить границы такой структуры вообще? Лично я считаю, что от атлантических берегов Европы до западных рубежей России. Почему не включаю сюда и ее? Уж очень страна большая.